Защита Москальковой, или невозможное — возможно!

Защита Москальковой, или невозможное — возможно!

Это было невероятно информационно и событийно насыщенное время: крупномасштабная конституционная реформа; страшная пандемия коронавируса; усложнение жизни многих граждан нашей страны; несколько экологических катастроф; целенаправленные нарушения прав наших соотечественников, проживающих в странах Прибалтики и на Украине, а также в некоторых других странах; пенсионная реформа; масштабное расширение сферы цифровых технологий в обществе… Это — всего лишь малая часть глобальных событий, которые непосредственно влияли на работу института уполномоченного в эти непростые годы.

С первых дней принятия мер по самоизоляции в связи с распространением COVID-19 на специально созданную в нашем аппарате горячую линию и электронную почту буквально обрушился поток писем. В этот период поступило свыше 109 тысяч звонков, в том числе около 3 тысяч письменных обращений. Они касались всех аспектов жизни: защиты права на медицинскую помощь, реализации трудовых прав, свободы передвижения и права на очное образование, наконец — выполнения государственными органами мер поддержки, установленных в связи с этим бедствием…

Об этом говорится в докладе российского омбудсмена за 2020 год. На что чаще всего жаловались россияне в прошлом году и каковы основные результаты деятельности уполномоченного за последние пять лет — об этом «РФ сегодня» рассказала сама Татьяна Москалькова.

— Татьяна Николаевна, пять лет назад Госдума назначила вас Уполномоченным по правам человека в Российской Федерации. Что удалось за это время?

— Прежде всего за эти годы была сформирована эффективная система государственной правозащиты на всей территории Российской Федерации. Должности уполномоченного по правам человека учреждены во всех 85 ее субъектах.

Удалось решить одну из главных задач, которая несколько лет стояла передо мной как перед федеральным омбудсменом, — подвести деятельность региональных уполномоченных под прочную, единую законодательную основу.

Благодаря личному участию председателя Совета Федерации Валентины Матвиенко и председателя Государственной Думы Вячеслава Володина принят пакет нормативных актов, направленных на укрепление правового статуса уполномоченных по правам человека в субъектах Российской Федерации, над которым вместе с палатами Федерального Собрания мы работали с 2016 года.

Защита Москальковой, или невозможное — возможно! Фото: Пресс-служба Государственной Думы

Его основой стал Федеральный закон от 18 марта 2020 г. №48-ФЗ «Об уполномоченных по правам человека в субъектах Российской Федерации», где впервые в отечественной истории правозащиты определено функциональное назначение региональных уполномоченных, закреплены единые стандарты их организации и деятельности. Это крайне важно для создания равных возможностей каждому человеку в доступе к механизмам защиты прав и свобод.

Общими с госорганами усилиям ежегодно отменяются тысячи несправедливых, незаконных и необоснованных решений должностных лиц, восстанавливаются нарушенные права человека, выплачиваются компенсации за причиненный моральный и имущественный вред, возвращается доброе имя невинно пострадавшим.

За пять лет мы помогли восстановить нарушенные права полутора миллионам человек — с начала пятилетнего срока моих полномочий этот показатель увеличился в шесть раз. Рассмотрено 205 тысяч обращений и проведено 20 тысяч личных приемов, в том числе мною за этот период принято более 1500 человек.

Защита Москальковой, или невозможное — возможно!

Вот только некоторые цифры и факты последней «пятилетки»:

  • более 2500 человек получили квартиры и социальные выплаты на приобретение жилья;
  • благодаря помощи Президента Российской Федерации Владимира Путина реализована программа помощи «валютным ипотечникам» по 21 905 ипотечным жилищным кредитам;
  • приняты дополнительные законодательные гарантии для добросовестных приобретателей жилья;
  • 1238 семей были переселены с территории комплекса «Байконур»;
  • обеспечены жильем бывшие военнослужащие на территории Республики Крым и города Севастополя;
  • проведены три российско-украинских обмена гражданами;
  • восстановлены права 4790 потерпевших и 517 подозреваемых, обвиняемых и подсудимых;
  • в период пандемии при непосредственном участии омбудсмена тысячи человек смогли вернуться в Россию из-за рубежа и Таиланда, Арабских Эмиратов и других государств;
  • осужденные, отбывающие наказание в тюрьмах, получили право на перевод ближе к родным, а содержащиеся в СИЗО — на кратный зачет времени содержания под стражей в срок лишения свободы по приговору суда.

А еще удалось добиться освобождения Кирилла Вышинского и Марии Бутиной; вернуть домой похищенных спецслужбами Украины севастопольских военнослужащих Баранова и Одинцова; после семи лет лишения свободы — освобождения невинно осужденного Жени Игнатова из Смоленска; добиться УДО для семьи Полухиных, осужденных по «маковым делам»; прекращения необоснованно возбужденного уголовного дела за распространение наркотиков в отношении Ивана Голунова; буквально выбить для Константина Ярошенко у властей США разрешение увидеться с женой и дочерью; добиться пересмотра меры пресечения с заключения под стражу на подписку о невыезде для Алексея Малобродского; оказать помощь в выплате зарплат 6000 сотрудников бывшего «Дальспецстроя» в Хабаровском крае, среди которых были и строители космодрома Восточный; содействовать знаменитому обмену «35 на 35» и возвращению моряков с сейнера «Норд»

Защита Москальковой, или невозможное — возможно! Татьяна Москалькова, руководитель портала РИА Новости Украина Кирилл Вышинский. Фото: РИА Новости

Формат интервью не позволяет привести весь массив статистических данных. Их можно найти в моем ежегодном докладе. Читайте, анализируйте, делайте выводы. Я же хочу сказать, что всегда помню, что за каждым обращением стоят судьбы людей, горе и страдания.

— Какие из «незаметных» дел вам запомнились больше всего?

— Запало в память дело Сергеевых из Тулы. У семьи с двумя детьми решили отнять единственное жилье, причем приобретенное с использованием материнского капитала. Владелец этой квартиры — третий по счету — был добросовестным приобретателем, Сергеевы — тоже.

Но изначально на рынок квартира попала с использованием мошеннической схемы: ее первый продавец представился наследником умершего человека и предъявил при оформлении поддельные документы. Когда это вскрылось, все суды решили передать квартиру в собственность муниципалитета как выморочное имущество, которое незаконно пришло на рынок жилья. И только Верховный суд после моего обращения отменил эти судебные решения. Сейчас семья благополучно продолжает жить в своей квартире.

Кстати, президент уже подписал закон о защите прав добросовестных благоприобретателей. Так что можно сказать, что дело семьи Сергеевых предвосхитило изменение законодательства.

— Отстаивать права человека в период пандемии и связанных с ней ограничений стало сложнее?

— С первых дней пандемии мы, как говорится, «заступили на вахту»: организовали личные приемы в видеоформате и работу с обращениями в соцсетях, установили горячую телефонную линию, специалисты которой оперативно реагировали на обращения граждан, в том числе оказывали необходимую психологическую помощь.

В результате было оказано содействие в восстановлении прав свыше пяти тысячам человек. Обстоятельства, профессиональный долг и опыт позволили нам накопить огромный опыт защиты прав человека в условиях борьбы с распространением коронавирусной инфекции. Был сформирован совершенно новый инструментарий для работы с людьми, попавшими в трудную жизненную ситуацию в условиях пандемии. Эта работа продолжается и будет продолжаться до тех пор, пока аббревиатура COVID-19 не исчезнет с мониторов и газетных полос…

Всего за прошлый год ко мне поступило 44 тысячи обращений, что на 15 процентов больше, чем в годом ранее. А по итогам года нам удалось помочь более чем пятистам тысячам человек.

Защита Москальковой, или невозможное — возможно!

— На что чаще всего жаловались люди из-за пандемии?

— Большинство обращений касались своевременности и полноты предоставления соцподдержки — более четверти таких просьб касались материальной помощи, установления группы инвалидности, госпитализации.

Значительная часть обращений была посвящена пропускному режиму — в частности, люди не соглашались со штрафами за нарушение ограничительных мер. Тем более что в некоторых регионах введение пропусков на первом этапе фактически заблокировало передвижение из-за обязанности заверять и заменять пропуска.

Защита Москальковой, или невозможное — возможно! Фото: АГН Москва

Мы незамедлительно передавали эту информацию в Правительство и другие компетентные госорганы, которые оперативно принимали меры по восстановлению нарушенных прав.

Немногим меньше обращений было об охране здоровья и оказании медпомощи, сложностях в приобретении средств индивидуальной защиты, прохождении тестов, отсутствии гарантий прав медработников.

Еще одна заметная группа обращений связана с жилищными отношениями — за помощью обращались граждане, у которых имелись обязательства по оплате съемного жилья, ипотечному кредиту, участники долевого строительства. Жаловались на увеличение платы за коммунальные услуги, отключение горячего водоснабжения, низкое качество предоставляемых услуг ЖКХ.

— Из каких регионов во время пандемии россияне обращались к вам чаще всего?

— В разных регионах возникали разные проблемы. Одна из наиболее болезненных тем — получение и замена пропусков.

Например, в Краснодарском крае красный пропуск давал право передвигаться по всему региону, зеленый — внутри муниципалитета (в самом Краснодаре он был желтый), синий — для транзитного транспорта. Предприниматели должны были предоставить в местную администрацию данные на своих сотрудников, договоры с ними — порой такая проверка занимала целый день. Это вызвало большое скопление людей в администрациях, создавая дополнительную угрозу распространения инфекции.

Несоразмерность ограничений, которая на первых этапах отмечалась в Ставропольском и Краснодарском краях, стала следствием несовершенства правового регулирования административных правоотношений.

В итоге вместе с компетентными госорганами мы добились коррекции этих мер.

— С чем еще россияне к вам обращались наиболее часто в прошлом году?

— Больше всего обращений касалось защиты социальных прав и прав участников уголовного процесса — здесь нам удалось помочь восстановить нарушенные права 622 человек, адресная поддержка оказана 245 осужденным и лицам, содержащимся под стражей.

Кроме того, в прошлом году к нам поступило 1615 обращений по поводу соблюдения трудовых прав, что на 6 процентов больше, чем в 2019 году. В общей сложности мы помогли восстановить права более чем шести тысячам работников, а сотрудники одиннадцати организаций получили долгожданную зарплату.

На 13 процентов больше стало обращений, связанных с образованием. Поступали жалобы родителей, в том числе коллективные, на принудительный перевод учащихся на дистанционную форму обучения. Были жалобы и от профессорско-преподавательского состава, на который легла серьезная дополнительная нагрузка в связи с онлайн-форматом.

— Часто вам приходилось обращаться в прошлом году в органы прокуратуры, другие госорганы, чтобы защитить права россиян?

— В адрес органов прокуратуры, других государственных и муниципальных органов мы направили 16 213 мотивированных обращений о проведении проверок и принятии мер реагирования, оказании адресной помощи людям в реализации их прав.

Защита Москальковой, или невозможное — возможно! Татьяна Москалькова и освобожденная из американской тюрьмы россиянка Мария Бутина. Фото: РИА Новости/Илья Питалев

Благодаря тому, что глава государства поручил в 2019 году прокурорам расширить практику совместных с региональными омбудсменами проверок соблюдения прав лиц, находящихся в исправительных учреждениях, в 2020 году количество жалоб на применение физической силы и спецсредств уменьшилось более чем наполовину по сравнению с предыдущим.

По наиболее актуальным проблемам защиты прав человека в условиях пандемии мы обращались к президенту и премьер-министру. В марте 2020 года я направила обращение главе государства с просьбой оказать содействие в организации участия региональных омбудсменов в реализации мер по борьбе с коронавирусом. В результате большинство из них были включены в состав координационных штабов при губернаторах.

— Хотелось бы спросить о «зонах роста» в правозащитной работе. Каким вы видите ближайшее будущее этого важного направления?

— Мы будем пристально следить за реализацией прав россиян, гарантированных обновленной Конституцией. Это и своевременность социальных выплат, и защита семейных ценностей, и обеспечение гарантий избирательных прав, и защита от безработицы, и соблюдение жилищных прав и права на благоприятную окружающую среду, и многое другое.

Считаю важным повысить уровень защиты наиболее уязвимых людей: инвалидов, стариков, сирот, пациентов психиатрических стационаров и некоторых других.

На особом контроле должна находиться защита от незаконных методов, психического и физического насилия во время следствия и отбывания наказания в местах лишения свободы. Сейчас вместе с парламентариями и экспертами мы работаем над подготовкой соответствующего законопроекта.

Остается актуальным и содействие в ресоциализации тех, кто освободился из мест лишения свободы, — считаю целесообразным представить Правительству рекомендации, как улучшить ситуацию в этом сегменте социально-общественных отношений.

Кстати говоря, хотела бы отметить, что благодаря изменениям, внесенным в регламенты палат Федерального Собрания в 2017 году при поддержке их председателей — Валентины Матвиенко и Вячеслава Володина, впервые была введена совершенно новая процедура рассмотрения доклада и рекомендаций к нему, которая позволила поднять эффективность их реализации. Принципиальное значение здесь, конечно же, играют и ежегодные поручения Президента России Правительству и органам власти регионов по рассмотрению содержащихся в докладе рекомендаций.

Отмечу, что в условиях цифровизации общества появилась совершенно новая сфера нашего внимания — реализация людьми своих цифровых прав.

Для нас крайне важно и создание единого цифрового профиля — государственной информационной системы Уполномоченного по правам человека. Она поможет унифицировать информационно-цифровые системы региональных и федеральных омбудсменов, объединить госархивы, банки данных, внешние ресурсы, соцсети и многое другое. Мы очень благодарны председателю Правительства Михаилу Мишустину, поддержавшему эту программу.

— Что, на ваш взгляд, необходимо омбудсменам для решения таких задач?

— В первую очередь нужно повышать профессионализм служащих аппарата уполномоченного, овладевать самым современным инструментарием защиты прав человека.

Такая работа уже ведется на базе Научно-образовательного центра, созданного при поддержке президента Владимира Путина по нашей инициативе при Московском государственном юридическом университете им. О.Е. Кутафина. Он уже доказал свою эффективность как головная учебная структура для реализации образовательных программ повышения квалификации уполномоченных по правам человека, уполномоченных по правам ребенка, сотрудников их рабочих аппаратов, председателей и членов ОНК, руководителей правозащитных организаций, сотрудников органов внутренних дел и иных правоохранительных органов и стал настоящим центром научно-исследовательской, методической и экспертной деятельности в области защиты прав и свобод человека и гражданина.

Защита Москальковой, или невозможное — возможно! Всероссийский открытый урок по правам человека с участием омбудсмена РФ Татьяны Москальковой в МГИМО. Фото: АГН Москва

Целесообразно расширять международное сотрудничество, в том числе в рамках созданного четыре года назад Евразийского альянса омбудсменов. Мы тогда выступили одним его учредителей.

Защита Москальковой, или невозможное — возможно!

— Какие изменения в законодательстве помогут сделать работу наших омбудсменов эффективнее?

— Настало, наверное, время обсудить вопрос о преобразовании Координационного совета уполномоченных по правам человека в постоянно действующий Всероссийский координационный совет, закрепив его статус на уровне федерального закона.

Нуждается в обновлении и базовый Закон «Об Уполномоченном по правам человека» — с момента его принятия многое в нашем обществе изменилось, правовые нормы уже не в полной мере отражают требования международных документов, касающихся статуса омбудсменов в обществе: Парижских принципов, Венецианских принципов, рекомендаций Комитета министров Совета Европы «О совершенствовании института омбудсмена».

И, конечно, — чувство справедливости. Ведь самое сложное в работе уполномоченного — это вечный поиск баланса между законом и справедливостью. Причем — в сторону справедливости. Ради защиты человека. Наверное, Екатерина Великая была права, когда говаривала, что лучше оправдать десять виновных, чем обвинить одного невинного.

Прошедшие пять лет и особенно 2020 год показали, что права человека наиболее эффективно защищены там, где общество и государство не только умеют слушать и слышать друг друга, но и объединяют свои усилия ради достижения высокой цели. Возможно, для меня как Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации в этом и заключается главный вывод доклада, который предлагается вашему вниманию.

Поделиться: